gnomomamochka wrote in na_slabo

Categories:

Обидно за Булочникова

Творческий дуэт lysyi_valenok & gnomomamochka представляет:

«Пророков нет в Отечестве своём,
Да и в других Отечествах негусто...»
В.С. Высоцкий

Всё началось в Вене. В той самой, где вальс и стулья с гнутыми спинками...

Но мы сейчас не про мебель и дискотеку, а за медицину и Венский медицинский университет 1365 года учреждения, в частности. Ну и заодно, об университетской клинике при нем, 1784 года открытия. 

В той клинике последовательно служило полчище великих докторов и Фрейд там не был замыкающим. А в 1846 году с неё начал свою карьеру ещё никому неизвестный, но упрямый и как выяснилось позже,  чрезвычайно одаренный ординатор Игнац Филлип Земмельвейс. Это был очень сообразительный серб (брат славянин по папе) и дотошный немец (истинный ариец по маме).

Игнац Филлип Земмельвейс, он же Игнат Филиппович Булочников (в вольной транскрипции славянского вокабуляра) был приставлен, в том числе, к процессу родовспоможения и всяко старался, чтоб бабы в родах и после них, мёрли реже. Бабы тоже этого хотели, но каждая пятая — таки отправлялась на следующий уровень.

Классической версией скоропостижной смерти считалась родильная горячка (для справки: в то время, родильной горячкой называли любое воспаление родовых путей, возникшее после родов по причине, ВНИМАНИЕ: эмоционального потрясения в родах, скопившейся и «слежавшейся» менструальной крови и даже инфицированной спермы). Ой, чуть главную причину не упустили — «так угодно господу»! 

Вот эту горячку и вписывали в свидетельство о смерти роженицы. 

Однако, наш Игнат Филиппович был против такого диагноза и упрямо пытался выяснить истинные причины катастрофичного убытка населения. 

Собрав статистику и проведя аналитический обзор, он вычислил, что падёж мамочек набирает максимальное количество очков в том отделении, где врачам помогали студенты-медики. 

Как показало дальнейшее расследование упрямого Игната Филипповича, студенты, вволю напрепарировавшись трупов в анатомическом театре, не сменив одежды и поплевав, чистоты ради, на руки, шли в родильный зал (здравствуй синегнойка и добро пожаловать дифтерийная палочка).  

Конечно, всё это стало ясно не сразу. 

Доктор Булочников (Земмельвейс по ихнему) проделал тщательную и кропотливую работу. Он сравнивал условия родов в тех клиниках, где заболеваемость и смертность от родильной горячки была высока, с теми, где она была значительно ниже. 

Игнат Филиппович высчитывал буквально все параметры, начиная от сравнительного устройства вентиляции и заканчивая положением рожениц в родах (угол наклона спинки и высота задранных ног тоже была учтена). 

Теорию «эмоционального потрясения» он проверил экспериментальным методом, для чего пригласил священника, который каждый день с колоколом обходил палаты и соборовал умирающих. Лежащие на соседних койках женщины были в ужасе, однако на смертность это никак не повлияло. 

Единственным совпадением с высокой смертностью рожениц оказалось присутствие неподалеку патологоанатомического отделения, в котором студенты проводили вскрытия.

Для подтверждения собственной теории, доктор Булочников (Земмельвейс) заставил засранцев студентов и прочий обслуживающий персонал, мыть руки в растворе хлорной извести со щёточкой и дезинфицировать все инструменты по пятнадцать минут, прежде, чем подойти к женщине. А осматривать роженицу, разрешалось только спустя сутки после работы в морге, не ранее!

Смертность, естественно, снизилась с 18% до 1%! 

Думаете, кто-то обрадовался или заценил? Ну уж нет! Начальство занервничало (невозможно же признать, что оно прошляпило столько смертей только из-за немытых рук), а медперсонал заголосил, что у него кожа на ручках портится и вообще, дисциплина бесит, а руки мыть нужно не до гинекологического осмотра, а после, «как наши деды мыли и их деды от Адама». 

Одним из главных оппозиционеров Игната Филипповича стал его прямой руководитель — профессор Клейн. Он уже собирался выходить на почётную пенсию с повышенным бонусом, а тут этот, со своим открытием и критикой устоявшейся традиции плевать на руки перед обходом. 

Собрав вокруг себя партию таких же старпёров-консерваторов, он устроил Булочникову железный занавес, бойкот и западный фронт.

Игнат Филиппович не стал играть по их правилам и ждать принудительной дисквалификации. Забрав в отделе кадров трудовую книжку, он уехал в венгерский Будапешт и открыл там частную практику. А заодно, подал заявление в больницу Святого Роха с предложением занять неоплачиваемый пост главного акушера.

Там ситуация была настолько хреновой, что администрация просто не могла отказаться: треть поступивших рожениц умирала от родильной горячки. 21 мая 1851 года он был утверждён в должности и проработал до июля 1855-го, добившись небывалого прежде снижения смертности — до 0,85 %.

Думаете, кто-то обрадовался или заценил? Ну уж нет! Только не старпёры от медицины, привыкшие курить сигары, стряхивая пепел на пузо рожающей бабы. Они объединились и продолжили работать над своей теорией о вреде чистых рук и пользе засаленных пиджаков, ну и заодно, над стратегией уничтожения репутации независимого доктора Булочникова.

В ответ, Игнат Филиппович разослал поздравительные открытки коллегам, в которых открытым текстом и непечатными словами поздравил их с продуктивным убийством рожениц. 

Научно-медицинское общество обиделось и единогласным решением определило у Булочникова (Земмельвейса) прогрессирующую шизофрению и прочие расстройства мозговой деятельности. Для подтверждения своего диагноза, они организовали ему «психиатрический» консилиум из хирурга и двух терапевтов, который рекомендовал венскую больницу для душевнобольных. Куда его скоренько и прописали.

Через две недели усиленного психиатрического лечения, 13 августа 1865 года, в возрасте неполных сорока семи лет, Игнат Филиппович скончался. 

Психиатрия, в ту пору, считала лучшим способом излечения психбольного — крепко приложенное к пациенту физическое воздействие и лоботомию. Так вот! Есть обоснованное предположение, что недовольного принуждением доктора просто насмерть забили санитары.

И теперь вы знаете, откуда пошла школа принудительного психиатрического лечения в СССР.

После смерти Игната Филипповича его труды по асептике и дезинфекции  были преданы остракизму и анафеме. А венгерские и австрийские бабы принялись помирать в прежнем порядке по уважительным на то причинам, типа, миазмов и воли бога. 

И только через восемнадцать лет вспомнили о гигиене. Джосеф Листер вдохнул вторую жизнь в асептику и дезинфекцию в клиниках. Жизнь миллионов пациентов наконец-то была спасена.


P.S. Современное австрийское общество очень извинялось за индивидуальный подход к жизни доктора Игнаца Филлипа Земмельвейса и в 2008 году чеканило именную золотую монету весом в десять грамм, номиналом пятьдесят евро и тиражом в пятьдесят тысяч экземпляров. 


promo na_slabo may 30, 2019 00:49 169
Buy for 10 tokens
Правила Порядок такой: путем розыгрыша при помощи Таксы и Валенка выбираем тему для конкурсного произведения. Определяем сроки написания и дни подведения итогов. Садимся и пишем. Кидаем пост в сообщество через премодерацию. Любуемся. Ждем оценок, комментариев и итогов заплыва. Собственно…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.